РОБЕРТ БЕРНС

    Стихотворения

 

 

 

Джефри Чосер

 

 Rondel of Merciless Beauty

 

 

 

 

Рондо' Немилостивой

Красоты..

 

Твои чистого Золота

Драгоценные глаза,

Как гром и молнии

Вдруг сразят меня;

Их красота венчала

Соловьиной трелью

Сердце, отряхивая прах,

Когда неземные вкушал блага;

 Кровоточит моя рана

Муками любви задета,

Грозами чувств слышна

Твоя оперетта.

 

И только слово

Успокоит сердце,

- Знай, время лучший лекарь !

Богаты злаком поля,

Пока девственны они -

Твои чистого золота

Драгоценные глаза,

Как гром и молнии

Вдруг сразят меня;

Их красота венчала

Соловьиной трелью

Сердце, отряхивая прах,

Когда неземные вкушал блага.

 

Благородством

Рыцаря скажу,

- что ты моей

Страны цветы,

Кристальной реки сказка,

Вечерней и утренней зари

Моя королева красоты;

 

Лишь со смертью моей,

Скрозь хвои и шишки,

Лучиком солнца

Пробьётся непременно

Вся раннее непросеянная

Правда, что цветы

Поднимет лаской.

Твои чистого золота

Драгоценные глаза,

Как гром и молнии

Вдруг сразят меня;

Их красота венчала

Соловьиной трелью

Сердце, отряхивая прах,

Когда неземные вкушал блага;

Кровоточит моя рана

Муками любви задета,

Грозами чувств слышна

Твоя оперетта.

 

Игорь Старов

30.12.2015

 

 

 

 

 

Джон Донн

 

Twickenham Garden

 

 

 

 

 

 

 

Твикнамский Сад.

 

Любви вздыхания,

Слез воздаяние...

Прийду, благородства

Яблоко вкушу,

Своей весны узоры отыщу.

В моих глазах

Златых колосьев

Родник рыдающих нив,

Скрипкой их слышно пение;

Прощальной слезы апреля,

Как целительный бальзам

Несут ветры медовый Аромат, что всему панацея.

- Но, боже мой ! Самообольщение, я

Полоняю паучьей любовью,

Чем пресуществляю вина и Хлеба в Господню Вечерю,

И манну обращаю в яд;

И, вне сомнения,

Все это может

Глазам предстать

Непризнанным раем,

Я змия впустил.

 

Было счастьем

Для меня, что взмела

Крыльями Зима и

Что во мраке

Триумфальной красоты,

Под серебристо - белым Мехом, был неправедно Схоронен,

чем стал посмешищем в глазах деревьев, что притво -рствовали надо мною;

Но, за что вероятнее

Бьет молотком по черепу

Немилость, потайной дверью

Сокрылись чувства, в замочной

Скважине ключом примеряясь

С мыслью, закрыв мною Связанное время, добьюсь сего Повиновения. Пока еще не Пробил час сказать, что не Люблю ! Северным сиянием,

Посмотри, как же тикают Ходиками они;

Закатом падает листва

Незаконченной мыслью,

Пытаясь дверь открыть

Былой утраты.

- Не прекращу любить

Тебя "Никогда" божественное Чадо... позволь мне, частью Непорочного бессмыслия,

На твой лоб горячий локоном Златым спуститься,

Журавлем в озерки' неба,

Посеребряным узором,

Ясным днем взлететь.

Вообрази меня мандрагорой,

Да так, чтоб я пустил

Ядовитые корни, а может

Хрустальным фонтаном,

Выплакавшим мою юность.

 

Cюда с хрустальной чашой

Любви бескорыстного влечения Зайдет прислуга и нальет Мои слезы, что есть вино Любви, а изведай госпожи своей Ты слезы, что хозяйничает в Доме, за все лицемерие, что На вкус не как мои.

- Увы ! Слезы, что гроза

Потекут, да и обсохнут,

Ты более не властен вершить Cуд над женским Безрассудством слезами,

Ведьма она, безбожница все Иконе кланяется она.

- О, капризные женщины,

Где не найти нам правды,

Но она, стало быть - правда,

Потому-то ее правда

Губит меня.

 

Игорь Старов

 

 

 

Уильям Гамильтон

 

The Faithful

Few

 

 

 

 

 

 

Искра Веры

 

Пока Верхи

Правят, вливают в сердца,

Превозмогай, сражайся,

Сокроет беззаконие Монарх,

Искупительная жертва

Предваряет Золото;

Покамест коррупция

Развязна, разлагает граждан,

Общество, как стадо, своим Пастухом обмануто;

Прими, ах прими же, безумей,

Безумей и восторгайся Уран,

От граждан, продажной толпы Повиновения, где повсеместно

Вальсирует Ересь и не Церковь, не Христос,

Революция исцеляет боли -

Ее целебный прополис,

Лиры неувядаемая

Иммортель !

 

Тебе непорочная Дива,

Клянусь Юпитером и (Богиней) Паркой,

Царя Небесного уготовано Мечом Правосудия быть.

Ты формируешь войска,

Славишь своих героев,

Возвращаешь их Богам.

Возносишь свой булат,

Смертный нанося удар,

- Ты каратель и палач !

Протестуешь и грозишь,

Свой указываешь перст,

Выше всякой похвалы.

И в летописях сия молва,

Уготована твоя судьба.

Всяк, от мала до велика,

Сын свободы, на камне

Начертает его имя...

 

Игорь Старов

 

The Braes of Yarrow /

Там... где цветет Тысячелистник

 

Поспеши, поспеши,

Моя красавица,

Раскрасавица невеста,

Вы хороши и недурны собою !

Поспеши, поспеши,

Моя раскрасавица,

Красавица невеста !

Да мечтай моя принцесса

На склоне холма,

Там... где цветет Тысячелистник !

 

Где, где обрела 

Необычайных красот

Неземной свой дар ?

 Где обрела столь дивный,

Амурный сад ?...

 

Игорь Старов

 

 

 

Джон Шеффилд Бакингем

 

 On one who died disco -vering her kindness

 

 

 

 

В ком воспламенилось

Счастье

 

Что-то раздосадовало их души, Одари'в цветочным ароматом

Ревностной боли, покуда иные Вздыхали, обжигая губы, от Паля'щего нектара солнца: Любовь покоряет многих,

Мы - Зеркало Души,

Что отражаем очами

- И пока все счастливы,

И вне сомнения, со мною !

 

И от всего человечного

Все прекрасное возьму,

В руках Нимф пусть Оберегается тайной,

Пока им зависть

Не отравит Сердца

Мы ослепим их Счастьем;

Сей красоты она принцесса,

Я нищий, но полон любви Сердца...

 

Игорь Старов

 

 

 

 

 

 

Уильям Шекспир

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сонет 1.

 

От бесо'вщи'ны кля'той

охо'чий всяк обогатиться,

тогда увядает роза красоты,

ны'не чудом уцелела,

едва ли злое окупит смерть

его благодушие покроет себя славой: пока не поздно

сгубить душу, отродье твоей страсти пламенеющее

за грош, не поднесет желанного счастья, - "что посеешь, то и пожнешь", себе ненаглядному ты враг, неи'стовый, закля'тый кат: сей иску'сный живописи мастер, сего вчера'шний мира позумент: и лишь предвестник красочной весны, у сердца нераспустившимся бутоном схоронивши твою страсть, да заветной алчности поступившись в скупости:

жаль мир и без того кровопийцы, точно мир съедаем смертью, и тобою.

 

Игорь Старов

15.08.2016

 

Сонет 66.

 

Истощен всемерно,

О легкой смерти я молю,

Будто созерцаю безнадежное скитание нищих, и в рванине, весь убогий, одев увеселения и праздности наряд, и чистой веры горестное отречение, и позлащенное благородство - честь, почет возложив постыдно, и девичью невинность обрубив грубо... Истощен всемерно, на этом и окончу, помни, умирая, свою любовь возложу тебе.

 

Игорь Старов